Демократия должна стремиться не к тому, чтобы любой ценой не олигархизироваться, а к тому, чтобы "демократическая олигархия" четко осознавала свое происхождение и источник своего мандата и к тому, чтобы существовали инструменты влияния на нее.
Какие это инструменты для "демократической" олигархии? Это демократические процедуры.
1. Выборы. Правильная, установленная, единообразная процедура, которая а. доступна для любого участника этой демократической системы (гражданина, члена партии, избирателя), б. защищена от прямой подделки голосов, в. защищена от санкций за "неправильно" поданный голос. Если избирательная процедура удовлетворяет этим трем принципам, то она демократична. И все остальное в ее рамках - МОЖНО. Можно произвольно нарезать округа, можно нарушать правила агитации, можно подкупать избирателей, если тебя не поймали - все это ерунда. Существенная, но ерунда. А вот если нарушен хотя бы один - а. произвольно манипулируются списки кандидатов или избирателей, б. подделываются результаты, в. за тот или иной выбор следуют санкции, то эта система не демократична и олигархия, которая ее вводит, - это "взбесившаяся олигархия", устраняемая теми или иными непроцедурными средствами.
2. Смещение должностных лиц. Если оно не осуществляется естественным путем через выборы, то должны быть другие инструменты - специальные процедуры импичмента, ограничения по срокам и разам занятия должности, отстранение по судебному иску и все такое. Поскольку олигархии очень не любят вмешательства народа в свою кадровую политику, то это дополнено таким чудесным институтом демолигархий как отставка. То есть определенное должностное лицо само отказывается от власти, не допуская тем самым включения механизмов народного суверенитета и сохраняя за олигархией контроль за ситуацией. Но если все довольны, то это нормально. Наконец, в древних Афинах, создавших образец демократической системы, существовала такая вещь, как остракизм - фактически импичмент с должности общественно-политической фигуры. Если мы не можем уволить Явлинского, Зюганова, Жириновского, как бы они нам не надоели - ведь они - общественные деятели, политики, то афиняне с этим справились бы легко - они просто изгнали бы их остракизмом на 10 или 5 лет, расчистив площадку. Афиняне вообще разработали исключительно тонкий инструментарий для систематического подавления олигархических тенденций в рамках своего полиса и он у них, пусть и не без перебоев, но работал.
3. Система гарантий нижестоящим от произвола вышестоящих. Это наиболее фундаментальное из демократических прав - важнее чем даже право выбора или право отзыва. В этом праве конкретные клеточки демократической системы защищают себя и друг друга от давления тех, кто в рамках демолигархии выдвинется на олигархическую высоту. Это и совокупность устоявшихся в Европе классических личных прав. Это и римское право провокации - апелляции к народному собранию на смертный приговор, вынесенный консулом или претором. Это афинский закон о запрете на продажу гражданина в рабство. Там, где демократии возникают не "снизу", а они почти везде возникают не снизу, а в результате описанного выше процесса замены суверена, то именно система гарантий низам со стороны верхов является первым сигналом и первым результатом демократического процесса. И, строго говоря, именно в них-то и заключается наибольшая ценность демократии и "демолигархического" инструментария для народа, перед монархией и моноолигархией.
Монархия может даровать низам только привилегии и милости, которые все в руце государевой и которые могут быть оспорены и отменены на практике "монархической олигархией" ("жалует царь да не жалует псарь"). В то время как демократическая система рассматривает права как нечто имманентное гражданину и неотчуждаемое от него. Грубо говоря. В любой системе с монархическим суверенитетом "Ваньку не пороть" может быть только милостью, которая может быть попрана Боярином Борифеем и дьячком Пескаревым, злоупотребившим царским именем. Их преступление - это преступление против порядка управления. В демократической системе "непоротость" относится к сущностным свойствам Ваньки и попытка его выпороть, если и может закончиться успешно, по сути все равно будет преступлением против основ конституционного строя, а не только против порядка управления.
4. Десакрилегизация критики. Демолигархические системы существенно отличаются от моноолигархических отношением к критике. Разумеется, ни для какого правящего слоя критика не приятна и не симпатична. Но. Для моноолигархических систем характерна тенденция к объявлению критики sacrilegium - святотатством, кощунством, ересью, оскорблением величества, нарушением священного мироустройства, нуждающимся в немедленной ампутации огнем и мечем. Демолигархиям критика ничуть не менее неприятна, однако святотатственного характера они ей не приписывают. Точнее все попытки скрестить демократию и святотатство провалились, на них как проклятье лежит эпизод с Сократом. Афинская демократия решила наказать своего критика как святотатца и подавилась этой смертью навсегда. Этим, кстати сказать, Сократ чрезвычайно укрепил основы именно демократических систем. Демолигархии могут критику игнорировать, могут скрывать информацию, могут пытаться уличить критиков во лжи, засудить за клевету. В качестве последнего средства могут спрятаться за гостайну. Но... объявить сам факт критического высказывания кощунством демолигархия не в силах...
(Вся статья Егора Холмогорова "Взбесившаяся олигархия" - здесь http://hvylya.org/analytics/society/17760-vzbesivshajasja-oligarhija.html)